Газета «Абориген Камчатки» основана и издаётся с 11 июня 1995 года

Николай Павлович Сокольников (1860–1923)

Николай Павлович Сокольников (1860–1923)

18 ноября исполнилось бы 160 лет со дня рождения Николая Сокольникова – начальника Командорских островов 1907–1916 годов. Также Николай Павлович вошел в историю как крупный собиратель зоологических и этнографических коллекций. Наиболее ценным является то, что он лично жил на исследуемой территории: на Чукотке, Камчатке и островах Беринга и Медном.

Николай родился в семье потомственных дворян Орловской губернии. Его дед, титулярный советник Николай Иванович Сокольников, в 1820–1830-х гг. входил в правление Тульского оружейного завода. А отец, поручик Павел Николаевич Сокольников, был участником Крымской войны, героем «первой» обороны Севастополя 1854–1855 гг. После перевода на гражданскую службу он в разное время занимал пост бургомистра в городах Люблинской губернии Царства Польского (до 1915 г. входившего в состав Российской империи): Тарнограде (Tarnogród), Томашове (Tomaszów Lubelski) и Холме (Chełm). В семье росло трое сыновей. Николай и Афанасий стали продолжателями династии военных. Богдан окончил духовную семинарию и впоследствии состоял в правлении Холмского духовного училища.

В мае 1878 г. Николай окончил 6 классов Холмской классической гимназии и на правах вольноопределяющегося поступил на службу в 40-й пехотный Колыванский полк. Сразу после зачисления его командировали для прохождения обучения в Варшавское пехотное юнкерское училище. В декабре того же года Сокольников был переведен в Кексгольмский Гренадерский Императора Австрийского полк и вскоре произведен в унтер-офицеры, а в январе 1879 г., по окончании «курса наук»,– в портупей-юнкеры. Карьера складывалась без эксцессов: в феврале 1880 г. он был переведен в 71-й пехотный Белёвский полк и произведен в прапорщики, а затем – в подпоручики. С 1881 г. служил батальонным адъютантом, с 1884 г. – жолонёрным офицером. В 1885 г. произведен в поручики и с 1886 г. назначен командующим нестроевой ротой. В 1892 г. стал штабс-капитаном, был утвержден в означенной должности и награжден орденом Св. Станислава 3-й степени. В декабре 1894 г. вышел приказ о переводе в 9-й Восточно-Сибирский стрелковый батальон (дислокация – с. Никольское, совр. Уссурийск). Летом следующего года он прибыл к месту службы и был назначен заведующим хозяйством.

В июле 1897 г. с согласия Приамурскаго генерал-губернатора Сокольников был командирован на Чукотку для временного исполнения обязанностей начальника Анадырской округи. Он подал прошение об увольнении с военной службы и через месяц получил гражданский чин коллежского асессора, а еще через полгода был утвержден в должности начальника округи. Так начался принципиально новый этап его жизни. Николай Павлович влюбился в Чукотку. Он трудился не только как администратор, но и как исследователь. Собранные им зоологические, археологические и этнографические коллекции поистине бесценны. Такое увлечение чиновника не удивительно, ведь его непосредственным начальником был генерал-губернатор Н.И. Гродеков, человек незаурядный и просвещенный. В 1902 г. Сокольников был награжден орденом Св. Станислава 2-й степени, в 1906 – Св. Анны 2-й степени; в 1904 г. произведен в чин надворного, а в 1907 г. – коллежского советника. Сложилась и семейная жизнь: Николай женился на мещанке селения Марково Евдокии Беляевой (чуванке), в 1904-м родился их первенец. Создается впечатление, что годы, проведенное на Крайнем Севере, были для него лучшими.

Жизнь шла своим чередом, пока в июне 1907 г. не подал в отставку управляющий Командорскими островами Н.А. Гребницкий (здоровье Николая Александровича пошатнулось, и через год он скончался). Возникла необходимость срочно искать замену. Кандидатура Сокольникова вызвала много споров. Чиновника с военным образованием справедливо признавали совершенно неподготовленным «к деятельности агента по охране котиковых промыслов, которая требует специальных познаний в области прикладной зоологии». На выборе настоял Приамурский генерал-губернатор П.Ф. Унтербергер. Именно ему закон предоставлял право назначать уездных начальников Приморской области. По мнению Павла Фридриховича, надзор за командорскими пушными промыслами «не требует специальных научных познаний» и «не представляется настолько сложным делом», а потому осуществлять его может любое лицо «с общим образованием, при условии фактическаго пребывания на месте и добросовестнаго отношения к своим служебным обязанностям». Унтербергер не усматривал принципиальных различий между промысловым и административно-полицейским надзором: для учета неизбежных изменений в связи с новейшими научными разработками начальнику уезда будет вполне достаточно дополнительных инструкций. Исходя из этих соображений и зная Сокольникова как опытного и добросовестного исполнителя, Военный губернатор счел его вполне пригодным для назначения на должность управляющего Командорским уездом.

Новость стала для Сокольникова полной неожиданностью. Приказ от 5/18 июня застал его на Ново-Мариинском посту (совр. г. Анадырь). «Нечего было делать, – вспоминал он, – в чем был, т.е., почти без всего, а, главное, без семьи, остававшейся в Маркове, уплыл сюда [на о. Беринга]». Первая зима была самой тяжелой.

Николай Павлович управлял Командорами с 1907 по 1917 год и был награжден за службу орденом Св. Владимира 4-й степени. Как и требовалось, он находился на вверенной территории практически неотлучно, но это не спасло острова от разорения. Для алеутов началось тяжелое, беспросветное время. Кризис усугублялся вплоть до 1923 г. Дошло до того, что встал вопрос о физическом вымирании малой народности.

Разница между Гребницким и Сокольниковым заключалась в том, что первый мыслил глобально и, чтобы решать проблемы, выходил на государственный и международный уровни, в то время как второй был просто ответственным исполнителем. Сейчас можно сколь угодно долго рассуждать об оправданности или неоправданности решения Унтербергера, но не стоит забывать, что найти на дальневосточной окраине чиновника, по знаниям и способностям сопоставимого с Гребницким, было просто невозможно. Меж тем, после войны 1905 г. международная обстановка оставалась напряженной, и медлить было нельзя. Унтербергер не стал рисковать и назначил «проверенного» человека.

Сокольников служил честно. Он усилил береговую охрану, настоял, чтобы артиллеристы с канонерской лодки «Манчжур» обучили алеутов-охранников стрельбе из пушек и настаивал на установке в с. Никольском «станции безпроволочного телеграфа». Но этих мер оказалось недостаточно. В 1910 г. он сам докладывал, что охрана промыслов «не может почитаться удовлетворительной», и без изменения действующих законов «изчезновение[каланов и морских котиков] у Командорских островов является делом весьма недалекаго будущаго». Но разбираться в «международных вопросах» не стремился. Вместо этого управляющий предлагал снять односторонние ограничения на промысел вне территориальных вод (3-мильной зоны вдоль российского побережья) и, по сути, самим добить зверя на воде, пока этого не сделали конкурирующие страны.

Да, Сокольников был далек от вопросов зоологии и рационального природопользования. Промысловую документацию он вел скудно, а разногласия с Управлением Землеустройства и Земледелия дошли до того, что последние перестали полагаться на его отчеты и стали посылать своих специалистов. В результате конфликта в 1915 г. на о. Медном было организовано отдельное промысловое управление, не зависящее от уездного начальника. Но Николай Павлович понимал, что проводить исследовательские работы необходимо. Он ратовал за изучение гидрологии и фауны островного шельфа в периоды сезонного патрулирования Командорских водоохранными судами.

У Сокольникова сохранилась одна замечательная особенность. Как бы ни было сложно, он не оставлял своего давнего увлечения – сбора этнографического и зоологического материала. В 1910 г., уже служа на Командорах, он отправил в дар Этнографическому отделу Русского музея «огромныя и ценныя коллекции из Анадырскаго края, характеризующия быт чукчей, ламутов, коряков и русских поселенцев нашей Дальневосточной Окраины». Позже на базе отдела был сформирован Российский этнографический музей (РЭМ). Помимо чукотской, его фонды хранят небольшую командорскую коллекцию 1914 г. Не все предметы дошли до наших дней, но сохранились бобровые сети, поплавки, дрыгалка «ан’агех», грузило в форме рыбки и, главное, сопроводительный лист со слегка искаженными, но узнаваемыми алеутскими названиями.

Зоологические сборы были значительно более обширными. Чучела птиц, добытых на о. Беринга, (в том числе в 1909 г. – редкого белоплечего орлана), хранятся в Дарвиновском музее и Зоологическом музее МГУ. Крупную коллекцию птиц, более 860 экземпляров 152 видов (среди которых было несколько грудин вымершего очкового/Стеллерова баклана) приобрел Зоологический музей Ротшильда в г. Тринг (Англия). Первоначально эта коллекция предназначалась для Петроградского музея, но возникли проблемы с транспортировкой. Тогда Сокольников предложил ее Британскому музею, но тот не принял из-за ухудшающейся сохранности, в результате ее выкупил Ротшильд. Позже, по непроверенным сведениям, коллекцию продали в Американский музей естественной истории (Нью-Йорк, США).

В 1916 г. закончился срок аренды пушных промыслов Владивостокским Торговым Домом «Чурин и К°», и острова перешли в казну (формально управление осуществлял Департамент земледелия через Управление гос. имуществ). 28 октября Сокольников подписал последний из сохранившихся документов – «Краткий обзор экономического положения инородцев Камчатской области и способов его упорядочения», адресованный Приамурскому генерал-губернатору. Как складывалась судьба управляющего в дальнейшем, доподлинно неизвестно.

Шведский натуралист Стен Бергман утверждал, что его лишили должности «большевики», но это не совсем так. В июле 1917 г. на Командорах состоялись первые выборы на административную должность. Кандидатов было двое: Сокольников и Громов. Уездным комиссаром был избран бывший помощник начальника полицейского управления, в прошлом выпускник духовной семинарии, учитель медновской церковно-приходской школы Иннокентий Громов. К слову сказать, Громов тоже не устраивал островитян. 3/16 июля сельский сход постановил просить Камчатский областной съезд (проходивший с 20 июля по 9 августа) избавить Командоры от обоих «слуг старого режима» в пользу фельдшера Ткаченко. Просьба удовлетворена не была. Так начинался 6-летний период фактического безвластия.

Николай Павлович уехал во Владивосток (возможно, во время событий 1917 г. он уже находился там). По утверждению того же Бергмана, зиму 1920–1921 гг. бывший уездный начальник провел в Усть-Камчатске (очевидно, без семьи). В эти годы в селе работали рыбоконсервные заводы семьи Демби, имеющей тесные связи и недвижимость в Японии. Вероятно, деятельность Сокольникова была как-то с ними связана. Это предположение подтверждают слухи, что он эмигрировал в Японию. В списке наших соотечественников, погибших и пропавших без вести во время разрушительного землетрясения, произошедшего 1 сентября 1923 г. в районе Канто (землетрясение было такой силы, что ряд городов, включая Токио и Иокагаму, были полностью разрушены, а волна цунами дошла до берегов Камчатки) значится имя: «Сокольников Николай Павлович». Едва ли это совпадение.

След братьев Николая Павловича следует искать в Польше – он не терял связи с городом Холм и в годы службы на Командорах, останавливался в доме Гинтера на Семинарской улице. Что стало с женой и сыном Владимиром, неизвестно.

 

В статье использованы архивные материалы ГАРФ (ГАРФ. Ф. 102. Оп. 30. Д. 923; Ф. 102. Оп. 105. Д. 535), РЭМ (Ф. 1. Оп. 2. Д. 602), РГИА ДВ (РГИА ДВ. Ф. 702. Оп. 2. Д. 229; Ф. 702 Оп. 3 Д. 347 Ч. II), АКМ (АКМГИ 1157); РГА ВМФ (Ф. Р-2241. Оп. 1. Ед. хр. 25), а также публикации: И. Омрувье «Дело Николая N» (2019); И.В. Фадеев «Коллекторы ГДМ» (2007); L. Stejneger «Fur-seal industry of the Commander islands, 1897 to 1922» (1925); E. Hartert «The Birds of the Commander Islands» (1920); П.Э. Подалко «Землетрясения в Токио и Иокагаме и судьбы русской диаспоры» (2001) и другие.

Фото: Фрагмент снимка из Хабаровского музея. О. Беринга, ок. 1911 г. В центре: Сокольников с женой Евдокией Ефимовной и сыном Владимиром, справа от него – В.Р. Векентьев, слева от Евдокии – вероятно, жена Векентьева Мария Эдуардовна (в дев. Эйхбляш. Определение Н. Татаренковой), 2020 г.

 

Наталья Александровна Татаренкова,

начальник отдела сохранения историко-культурного наследия

ФГБУ ГПБЗ «Командорский» им. С.В. Маракова

 

19.11.2020

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!