Газета «Абориген Камчатки» основана и издаётся с 11 июня 1995 года

Про обычаи предков

Про обычаи предков

Я, Тынетегин Николай Иванович, мне сейчас 81 год. Живу в селе Таловка Пенжинского района Камчатского края.

Я коряк. Мои родители коряки-чавчувены. Их где-то в 1938 году раскулачили, остались они без оленей. Я родился в 1937 году. В 1943 году, во время войны от совхоза «Пенжинский» села Слаутное Камчатской области решили организовать две оленеводческие бригады. Бригадиром поставили моего отца, который знал землю в стороне Таловки.

Будучи еще маленьким, я постоянно ходил с отцом, там, где олени, табун. Папа и мама учили меня с малых лет очень строго. Если что делал не так, тут же спокойно и много раз объясняли, чтобы не было ошибок. Постоянно слушал, как взрослые говорили о том, как работать, как лучше, чтобы олени были жирные, как не терять их. Ритуальный забой оленей обязательно делали. На олений череп клали патроны, бисер, лахтачий ремень, сигареты или махорку, наперстки и многое другое. На пути кочевий встречается  большой камень, похожий на большой сарай. Камень называется Хтапоны. Давным-давно к нему относили копья, карабины, винчестеры, патроны, бисер, красивую посуду и прочее-прочее. Я видел, что там много чего лежало. И всегда, когда мы проходили, возле того камня убивали оленей. Черепа оленьи оставляли. Когда, зачем, почему и кто придумал? Это все делается очень чисто, аккуратно и вежливо, и всеми, кто следует этим маршрутом. Хтапоны переводится как «нерестилище рыбы», там, в русле реки небольшая яма. Подобные места приношений есть в других местах. Это сопка Тэкудчепэй, Тылхой, Дильэдиль (Евражка) на Апукваяме, Хоямлан, Эпичатунупи и т.д. Видимо, в старину таких мест поклонений было больше, некоторые забыты. В Каменском есть сопка Аппана, там тоже забой раньше делали или оставляли инэлвет.

Я видел такие почитаемые места и участвовал в приношении даров вместе со старыми людьми. Сейчас тех людей не осталось. Красивого оленя убивали в стороне Севера. И собак убивали, даже если жалко их было. У убитых отрезали голову, надевали на длинную жердь и втыкали в землю. Чтобы стояла жердь с головой в сторону, откуда начинается рассвет, где встает солнце.

Сейчас таких мероприятий не проводят. Может, только в Ачайваяме. Там, говорят, до сих пор стоят яранги. Обычаи коряков исчезают, их остается все меньше. 

***

Надо больше соревнований

Мне уже 81 год. Я вспоминаю, какие замечательные, сильные, спортивные люди жили в районах округа и всей Камчатки.                                                                                                           

Мне рассказывали, что в Ачайваяме давно жил человек, коряк или чукча, по имени  Етувье. Он ловил важенок оленей без аркана, догонял бегом и хватал за рога. Очень быстро бегал. Может, быстрее, чем олень.

В 1970 году говорили, что от села Ачайваям хорошим бегуном был старик Ятгиргин. Я встретил его и говорил с ним. Он рассказывал, что как-то медведь напал на оленей. А Ятгиргин, вооруженный только копьем, догнал медведя. Зверь хотел ударить его лапой. Но Ятгиргин копьем разрезал сухожилия медведю и затем добил его. В таких опасных случаях надо быть очень сильным.

А в 1980 году старые коряки рассказывали про очень сильного и быстрого Аткувье, который и бегом, и на лыжах настигал любое животное. Жаль, что про многих не знаем.

Я видел и поражался силе стариков возраста примерно 70 лет — Кевыргина из Рекиник и Аткена, отца моей матери. Они, словно лошади, поднимали и таскали на себе тяжеленные грузы.

В 1910–1920 годах самым сильным и быстрым в беге в Манилах был Тэпенэнг. 

Рассказывали про Хляво (может, имя звучит иначе). Как-то в тундре он пришел к соседям-оленеводам и увидел в их табуне молодого оленя, который принадлежал его жене. Олень потерялся еще летом. Люди посоветовали Хляво, как поступить. Тот согласился, сказал, что так и сделает. Дело было зимой, он был в кухлянке. Стал самостоятельно выгонять оленя из стада, отделил и угнал в свою бригаду. Мне это рассказывал Энпен Иван Векикович.

Раньше были такие люди. Тоже в Пенжинском совхозе, в Слаутном, жили лучшие гонщики на оленьих упряжках. Это Тынетегин Макар Хоянтович, Кутувье Александр Омрелькотович, Тынетегин Тит Нотанватович и многие другие. Там же примерно в 1910-х годах жил выдающийся бегун на дальние дистанции. Тогда и гонки на оленьих упряжках уходили далеко. Очень далеко, до большой сопки Квуйнейтынуп. Только в одну сторону получается около 100 километров. Затем выходили на старт бегуны. Первым 50 километров преодолел тот самый Илькаё. Такие были сильные бегуны, как олени.

В Пенжинском районе и у нас в Таловском совхозе было очень много хорошего, прекрасного. Я много видел замечательных оленеводов-коряков. Люди умели не только хорошо трудиться, но и заниматься спортом. Слава об отличившихся разносилась по всем стойбищам и селам района, например, о лучших гонщиках на оленях, таких как чемпион Эвнито. Он был непобедимым долгое время. Затем его обогнал Энпен Иван Векикович. Даниил Хаптэйнович Ёлтыгинин, Георгий Ёлтыгинович Хечгинковав, Ивика Федор Юттыкович, Акен Леонид Алексеевич — это были настоящие гонщики. Хорошие бегуны Ивика Ф.Ю., Кительхут А.П. Борец Милют Алексей Яттович.

В совхозе «Манильский» жили и работали старые мастера гонок на оленях. Это Кета и его сын Лехтувье Николай Кетович, Тынентекьев Николай Эвичанович, Энылхут Василий Ивкававович, Увтейвин Виктор Эвлыхович, Кияургин. Был борцом в Манилах Котгигин Александр Васильевич. Лучшие бегуны из того хозяйства Тынентекьев Николай Эвичанович, два брата по фамилии Авадень.

В 1962 или 1963 году у нас в Камчатской области проходили зональные соревнования. Спортсмены прибыли отовсюду. Были представлены Камчатская, Магаданская и Тюменская области, Чукотский, Корякский и Ямало-Ненецкий национальные округа, Республика Саха (Якутия) и даже Московская область.

Особенно было много бегунов, бежавших на расстояния 3 и 10 километров. На трассе им предстояло преодолеть несколько перевалов. Большой красный флаг развевался у старта.

Мы, около тридцати человек, построились перед своим забегом. Официальный представитель предложил нам, бегунам, сказать что-нибудь. Московский офицер вышел из ряда, повернулся к нам лицом и сказал: «Я вам покажу, как надо бегать». Затем в небо выстрелила сигнальная ракета, и мы побежали. Утром по этой трассе через три перевала прошли трактора и взрыхлили снег. А мы же не на лыжах соревновались, а на своих двоих. Но тундровикам и не такие преграды встречаются на работе в кочевьях, бегать нам приходилось часто. Я тогда занял 1-е место. Мой товарищ Олелей — второе. А тот товарищ, который  перед стартом пожелал показать всем, как надо бегать, пришел лишь третьим.

Потом было награждение. Мне присвоили звание мастера спорта. Выступил председатель нашего Корякского окрисполкома. Он был доволен, что местные бегуны из тундры оказались лидерами. Вечером, уже на отдыхе, тот московский гость вдруг предложил: «Давай снова побежим?»  Я ему, шутя, ответил: «Да хоть 100 или 200 километров. Я готов». Он отказался. Для меня в те годы утром пробежать от аэропорта «Халактырка» до района СРВ в Петропавловске-Камчатском было всего лишь разминкой.   

В молодые годы мы все были резвее. В 1965 году, когда работал оленеводом, я заметил вдалеке двух оленей, сторонящихся табуна. Стояла жара, летали оводы, это было в начале июля. Мне пришлось гоняться за теми оленями весь день, и все же пригнал их в стадо. Отец поинтересовался, что это я так долго пропадал? Ведь я у него был помощником на дневной смене. А я от усталости даже не мог разговаривать. Ведь целый день пробегал по тундре, без остановок, пока животные не покорились мне. А один из пригнанных мной оленей оказался вообще диким, не домашним.

Думается, что люди прежних времен и сегодняшние — одинаковые. Не надо говорить, что на Севере люди и в спорте, и в жизни неудачливые. Неужели не сумеем бегать в нашем районе, в округе? Соревнования надо чаще проводить и участвовать в них.

***

Левчук Борис Петрович

Я хочу рассказать про одного очень сильного руководителя. Это Левчук Борис Петрович. До сих пор, люди, живущие в Таловке, говорят: «Какой был руководитель хороший!» Он первый начал строить двухэтажные дома в Таловке, провёл в них отопление. Где он только трубы находил? Вот у нас были коровники, так он и в коровники отопление провёл. Нет у нас сейчас в Таловке такого руководителя. Борис Петрович был директором совхоза с 1973 по 1986 год. Сейчас он на пенсии, живёт в Петропавловске.

Когда он руководил совхозом, такой серьёзный хороший подъём произошёл в жизни оленеводов Таловки. Тогда очень много оленей стало. В бухте Наталии сдавали по 4 тысячи оленей на забой! У нас было 8 бригад, а в другое время даже — 12. Оленеводы были сильнейшие. Вызывали морозильный пароход, мясо оленей развозили по всем берегам Камчатки, а может быть, даже и на материк.

Борис Петрович установил летники для оленеводов. Там стояли летний домик, контейнер, кораль. В каждом летнике – баня. Всё-всё было. Левчук распорядился, чтобы вертолётом переносили контейнера 5-кубовые или 10-кубовые. Устанавливали их как склады в тундре. Контейнера установили по всем маршрутам: как идти к бухте Наталии, к бухте Анастасии, к Апуке, Пахачам, по рекам Апук-ваям и Пахачи. Они и сейчас стоят эти контейнера – железные, двери хорошие! Это всё Борис Петрович сделал, и сейчас оленеводы пользуются этим. Тогда брали продукты мешками: сахар, муку, чай, сигареты и т.д. Складывали в те контейнеры на хранение. А когда оленеводы по маршруту шли, то для них уже лежали продукты. Мы рассчитывали: сколько надо, каких продуктов, по каким маршрутам развезти. Вот тогда мы как раз этим занимались вместе с Левчуком.

Контейнера – очень хорошие склады, они ведь железные, двери с замками. Ни медведь, ни человек ничего не сделает. Корали большие установили тогда. Я, вот, думаю, где же он находил деньги, чтоб столько всего сделать, да столько тракторов купить, да ещё и баржи?!

Сейчас у нас в Таловке тракторов практически нет. А при его работе: оё-ёй! Сколько ДТ-75 для оленеводов было! Целый караван тракторов ехал! А «Сотки»! Ну, «Сотки», вы знаете – это большие трактора. Тяжёлые грузы возили для оленеводов. И строили много маршрутных домиков для оленеводов в тундре. Без трактора как привезёшь стройматериалы? Возили всё с Аянки. Оттуда дорога дальняя — порядка двухсот километров. А надо привезти лиственницу для строительства. ДТ-75 слабоватый, а «Сотка» как раз берёт большие грузы. Без тракторов ничего невозможно сделать. Возили на тракторах и продукты, и комбикорм, и соль. Даже передвижные корали возили. Нагружали три больших нарты и крепили их к трактору. А вот сейчас больших тракторов совсем нет. Есть маленькие: не трактор, а тележка. Ну, вот на близкое расстояние дровишки привезут. Сейчас заказать трактор, чтобы привезти кому-нибудь дров, стоит 15 тысяч. Некоторым пенсионерам, слабым людям невозможно заплатить. И не купишь ведь дров! Приходится таскать на саночках дровишки. Очень-очень сложно живётся.

До сих пор люди в Таловке вспоминают о той жизни. Таловка-то маленькая! А подумайте-ка, по 4 тысячи оленей забивали в бухте Наталии, вызывали морозильный аппарат. Это ведь не просто так!

Н.И. Тынетегин, с. Таловка

На фото Н.И. Тынетегин с дочерью Наташей. 2017 г. Фото Виктора Борисова 

 

13.12.2018

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!