Газета «Абориген Камчатки» основана и издаётся с 11 июня 1995 года

Татьяна Романова: «Болею за свой народ»

Татьяна Романова: «Болею за свой народ»

Татьяна Романова, экс-солистка легендарного ансамбля «Мэнго», народная артистка России, депутат Законодательного собрания Камчатского края, президент Ассоциации коренных малочисленных народов севера Камчатки и – очень скромный человек. Татьяна Флоровна не любит «светиться» в прессе, ее кредо: пусть люди судят обо мне по делам. И все же под праздничным предлогом нам удалось получить ее согласие на интервью.

Оно состоялось на следующий день после дня рождения. Два стола в маленьком кабинете, который Романова делит с уполномоченным по правам КМНС в Камчатском крае Розой Долган, были заставлены прекрасными букетами из всевозможных цветов. Депутат тут же, между вазами, разбирала и подписывала срочные бумаги.

— Как у вас сегодня красиво! Вам какие цветы больше всего нравятся?

— Которые в лесу растут! – рассмеялась Татьяна Флоровна.

 

Неожиданные повороты

— Вы много лет танцевали в «Мэнго», а профессия артиста балета считается одной из труднейших среди человеческих занятий. Намного ли легче работа депутата?

— Как тут сравнишь? Артист балета, действительно, трудная профессия, недаром им дают работать только 20 лет, а потом провожают на пенсию. Это большой физический труд, серьезная нагрузка на тело, сравнимая с профессиональным спортом. Зато работа в ансамбле приносит большую радость. Ты танцуешь для народа, для своих людей. Выходишь на сцену и видишь, что они пришли на концерт, хлопают от души, значит, им нравится. Это такой бальзам на сердце! А депутат – в гуще проблем, люди приходят с болью, просят помочь.

— Тоже нужны настойчивость, сила воли, владение собой. Правда, владеть надо не телом, а эмоциями...

— В том-то и дело! Раньше я очень вспыльчивая была, могла и по матушке обложить. Ехала сюда – думала: отучусь материться, культурная стану. Но оказалось, что и здесь иной раз крепкое слово самым «эффективным механизмом воздействия» остается. Бывает, припечатаешь, как следует кого надо – и дело с мертвой точки сдвигается.

Конечно, настойчивость нужна, если бы ее не было, наверное, и меня бы здесь не было.

Знаете, что для меня объединяет сцену и депутатство? И на ту, и на другую работу я попала совершенно неожиданно для себя и осталась надолго. В 1969 году шел набор молодежи в «Мэнго», к нам в Тигиль по поручению руководителя ансамбля Александра Гиля приехал Борис Жирков и взял меня и Сергея Миронова. Подготовка была – нулевая. Национальные танцы я, конечно, видела и знала, в селах у нас все танцуют, и мама моя в праздники танцевала – залюбуешься, пластика у нее была удивительная. Природные данные и мне помогли, но начинать пришлось с азов, обучаться классике, и в первое время было очень трудно. До приезда Жиркова в Тигиль я собиралась поступать в сельскохозяйственный институт, а оказалась в Палане, в «Мэнго», с которым связана навсегда.

Выдвижение в депутаты – такая же неожиданность. Ансамбль прилетел с гастролей, когда на Камчатке заканчивалась регистрация кандидатов в депутаты Совета народных депутатов Камчатской области, оставался один день. И вдруг коллектив решил выдвинуть меня. Быстро собрали подписи, подготовили документы, провели собрание и – выдвинули.

— Наверное, были основания для такого решения?

— Со стороны виднее. Людям я всегда помогала, и когда работала в «Мэнго», и когда была лидером в агитбригаде – ездишь по округу, люди обращаются, стараешься помочь, чем можешь. А первый опыт депутатской работы был еще до перестройки, в советское время – жители Коврана избирали меня в совет Корякского автономного округа.

— И какими вопросами в те годы приходилось заниматься?

— По большому счету – теми же, что и сейчас. Решались все проблемы народные. И что тогда, что сейчас, многое зависит от самого человека, это мое глубокое убеждение. Одни сидят и ждут, пока им преподнесут желаемое, и считают, что им все вокруг должны, а другие действуют. Детей нужно с раннего возраста нацеливать на самостоятельность, на ответственность, учить любить свой край, родину, людей. У кого это внутри заложено – того ничто не испортит.

 

Чем помочь молодым

— На вашу долю выпало не безоблачное детство, и расти пришлось в интернате. Вас там всему этому научили?

— Интернат я нормально воспринимала, без страданий. Домик у нашей семьи был маленький, две кровати едва помещались, впритык к ним столик, печка, вот и все. Туалет – на улице. Хорошо, бани были общественные. Дома мы все делали сами – огород сажали, картошку выращивали, природа кормила. Родители работали за трудодни, денег не было, только продукты выдавали. Когда папа умер, нас у мамы оставалось четверо на руках. С 1 по 8 класс я училась в интернате. Относились к нам очень хорошо, одевали, обували, кормили, а главное – нацеливали на учебу. Я уже потом поняла, когда взрослая стала, как это было важно: надо разговаривать с детьми, настраивать, чтобы учились хорошо, потому что им предстоит самим ковать свою жизнь.

— Вы поэтому так много внимания уделяете студентам, приехавшим в Петропавловск из Корякии?

— Мне всегда хотелось их опекать, помогать – но здесь тоже не все однозначно. Первое время я ходила по вузам, составляла списки всех студентов, встречались, общались. И были с моей стороны несколько попыток помочь, которые оказались не нужными. Понимаете, люди разные. Не все стремятся быть самостоятельными. Кого-то родители балуют, у кого-то в детдоме сложилось иждивенческое отношение к жизни. Я договорилась с рыбниками, чтобы студенты могли трудоустроиться у них во время каникул. И только один человек захотел заработать. В другой раз мы попробовали решить проблему проживания студентов в Петропавловске – все же жалуются, что общежитий не хватает или нет, снимать квартиры дорого, и это действительно так. Но когда мы объездили весь город, нашли подходящее общежитие на 60 мест (в комнатах можно было жить по двое), студенты не обрадовались. Кому-то далеко, кому-то не нравится, что туалет и душ общие. Желающих оказалось так мало, что мы потеряли это общежитие.

После таких неожиданностей как-то теряешься, даже руки опускаются, думаешь: может, по-другому надо что-то делать?

Когда я училась в институте культуры в Хабаровске, в комнате общежития нас было 8 человек, и то я радовалась, когда получила место – через несколько месяцев после начала учебы. Мы жили в худших условиях, и трудностей не боялись, хотя они были посерьезней. Я не говорю, что «молодежь сейчас не та»: ребята неплохие, но их надо заинтересовать, привить интерес к жизни. Я встречаюсь со студентами, разговариваю, в надежде, что хоть кого-то из них наши беседы вдохновят.

 

«Сегодня ты начальник, а завтра – кто?»

— Татьяна Флоровна, вы известны своей открытостью для земляков – всегда предлагаете обращаться к вам напрямую, даете номер мобильного телефона. Весь север с вами на связи. Как вы выдерживаете этот поток проблем?

— Да, люди звонят каждый день, и в праздники, и в выходные. Где-то посоветуешь, где-то поможешь, где-то просто успокоишь человека. Для меня самое важное в моей работе – прямой контакт с людьми. Сейчас время быстрое – только и слышно: давай быстрее, говори конкретно, некогда. Человек уходит из кабинетов, и у него тяжесть на душе остается. А ведь так сядешь спокойно, переговоришь внимательно – и он оттаивает...

Морально, конечно, очень тяжело. Я все переношу, но не люблю, когда обманывают. Есть такие, кто пользуются отзывчивостью, и, к сожалению, их немало. Почему-то те, кто действительно нуждаются в помощи, часто скромные и не хотят никого беспокоить, а разные потребители не стесняются. Это очень огорчает, и бывают моменты, когда думаешь: все, хватит, больше не буду!

Но здесь помогает природа. Иду в любой ближайший лес, поброжу в нем – и легче становится. Сильно люблю гулять по пурге. Сейчас, правда, такой пурги нет, как раньше.

— А в поездках по Камчатке есть у вас любимые места?

— Очень люблю Пенжинский район, Олюторский, да все, на самом деле! Люблю зимой ездить по своему округу, когда на буране, на снегоходе можно все села объездить. В конце февраля собираюсь поехать в Корякию.

Попадаешь в село – люди все свои проблемы высказывают, и иногда я понимаю, что ничем помочь не могу, кроме как выслушать и поддержать добрым словом. Северные люди по натуре дружелюбные, открытые и безобидные. Им добро сделаешь – они в благодарность последнее готовы отдать. Но если в ответ на свои обращения они получают равнодушные отказы, они теряются, замыкаются, кто-то в пьянство уходит. Это самое страшное. Спрашиваю: «Ну зачем вы пьете?». А потом поставлю себя на их место и понимаю – а ведь им идти некуда, если они в селе не находят понимания. Там, где многое зависит от администрации, от каждого, кто хоть какую-то должность занимает, очень важно чутко относится к людям, по-человечески разговаривать, не свысока. Сегодня ты начальник, а завтра – кто будешь? Аборигены могут долго терпеть, по себе знаю. Как ни обижали, ни дразнили по-разному, меня это только закалило еще больше. Я наоборот – болею за свой народ, и все. А другие закрываются, гаснут… Но везде есть те, кто хочет жить, работать, кто любит свое село – встречи с ними особенно радуют. Выход же всегда можно найти. Это я тоже знаю на опыте. Однажды муж уехал на гастроли, мы с дочкой, студенткой университета, остались дома, и я раздала все деньги (муж до сих пор не знает). В холодильнике – мышь висит, что делать? Собрали бригаду и пошли танцевать. Как раз иностранцы прибыли, туристы – и мы в день по тысяче рублей зарабатывали! Главное, не сидеть, сложа руки.

— Скажите, удается ли помогать камчатцам по-крупному?

— Думаю, на этот вопрос должны ответить люди. Единственное, что упомяну – мы от Ассоциации добились бесплатного проживания в гостинице Красного Креста для жителей районов, которые приезжают со всего края в Петропавловск по направлениям к врачам. Снимать квартиру дорого, бывают и анализы платные, и другие расходы, и возможность не тратиться хотя бы на жилье – большое подспорье для людей. От Ассоциации КМНС мы подаем заявки на гранты и получаем средства. Мы не делим людей на коренных и остальных – всем приезжим из глубинки даем возможность жить там бесплатно.

— Вы отработали депутатом камчатского парламента более 15 лет. Это нелегко. И все-таки в прошлом году вы приняли решение баллотироваться в третий раз. Почему?

— Обдумывала это серьезно. Честно – не хотела уже идти. Но северяне, особенно пенжинцы, и слушать об этом не стали: «Ты что – бросаешь нас?!» Бросить я, конечно, не могла. Поэтому думать об отдыхе пока рано.

— Но когда его время придет – чем бы вы хотели заняться для себя, для души?

— Ой, я даже не думала об этом! Другой раз только одно желание: уехать куда-нибудь на природу, в тундру, и там отоспаться хорошенько. Ну, а потом что-нибудь придумаю. Дома сидеть точно не буду.

P.S. 30 января в 19 часов в Камчатском театре драмы и комедии состоится концерт ГАКНАТ «Мэнго», посвященный юбилею Татьяны Романовой.

— Будет большой концерт, в конце выйдет на сцену Татьяна Флоровна, выступит вместе с коллективом. Почти во всех танцах, которые увидят зрители, она участвовала. Так что мы напоминаем камчатцам, где и как она работала, - рассказал руководитель ансамбля Марк Нюмен. – Татьяна Флоровна не тот человек, который любит «сидеть на троне». Она всегда была скромной, и такой осталась. Мы рады, что она до сих пор не покидает ансамбль и много для него делает, причем без всякой шумихи. Поэтому отвечаем на ее добрые дела большим концертом и приглашаем на него жителей Камчатки.

 

Эмма КИНАС

31.01.2018

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!